«Смотря что называть рок-музыкой, — размышлял Григорий Лепс в недавнем интервью «Звуковой дорожке» «МК». — Сердце-то у нас у всех рОковое. Даже если эстрадная музыка, то сетка — рОковая». Эти слова мэтра вертелись в голове на всем протяжении его концерта в переполненном многотысячнике. В свой юбилейный 55-й год самый большой поп-рок-стар сегодняшней российской сцены шумно выстрелил премьерой программы в поддержку долгожданного нового альбома #ТыЧегоТакойСерьезный, в котором не только подтвердил приверженность устоявшемуся образу и стилю, но и попытался обратиться к музыке, которую «никогда не пел и даже не обращал на такое внимания».


Фото: пресс-служба артиста

И это — несмотря на возраст и годы в искусстве, которые вроде бы уже не подразумевают радикальных новшеств кроме очередной пластической хирургии. Но вот именно этой насущностью Григорий Викторович, в отличие даже от гораздо более юных коллег, до сих пор пренебрегает, при этом умудряется оставаться желанным, любимым, красивым (в расширительном толковании слова) и востребованным артистом.

По мне, скажем, в пику всем гламурным московским концертам и премьерам нет более захватывающего зрелища, чем рядовой выездной концерт Григория Лепса и его роскошной рок-банды на периферии — в том же Сочи, например. Периферия, правда, условная — олимпийская столица, всероссийская здравница, морская резиденция Вечного, тырпырстодыр… Но в том же зале «Фестивальный», открытом всем морским ветрам, когда на концерте царит сценографический минимализм, а точнее — его полное отсутствие, главными формой и содержанием действа становится чистое МУЗЫКАНТСТВО, если допустим такой термин. И к концу уже первой песни забываешь, что музыканты и фронтмен стоят на пустой сцене, заставленной лишь аппаратурой, поскольку все пространство и время наполняются качеством настоящего, подлинного и форменного рок-угара в самом его исконном значении, который возбуждает зрителя хоть на концертах «Арии», хоть Rolling Stones… И у Лепса — в том числе.


Фото: пресс-служба артиста

На московской премьере в зале с плюшевыми креслами, конечно, согласно законам жанра, царила атмосфера и эстетика большей эстрадности, и к процитированным уже словам маэстро о роке вспоминалась и другая сентенция: «Я из эстрады и не выходил». Конечно, и слава богу, что г-н Лепс, соблюдая строгий классический стиль, не облачался в перья и блестки по заведенному аршину у других эстрадных коллег, но его любимец и нынешний подопечный Александр Панайотов, выйдя на дуэт с именинником «Я слушал дождь», ослепил переливающимся блеском сочно-бордового пиджака даже Николая Баскова, сидевшего с огромным букетом не менее сочных бордовых роз в первом ряду. Показалось даже, что Николай погрустнел. А как? Голосом «молодой красивый бог», как называет г-на Панайотова сам Лепс, в чем-то даже и превосходит уже своего наставника. Блестками же затмил самого «Золотого соловья России». Конечно, тут погрустнеешь…

Что до обещанной музыки, которую маэстро «никогда не пел раньше» и загадочных «крупных форм», то с ними многолетний обладатель премий «Артист года», «Певец года» и т.д. разделался в самом начале концерта очень быстро, чтобы, видимо, не утомлять публику, пришедшую расслабляться под разухабистые и канонические хиты вроде «Водопадом», «Самого лучшего дня», «Лондона», обязательной «Рюмки водки» и т.д. Но для гурманов именно здесь случился настоящий праздник, ибо органика, с которой г-н Лепс «отреновировал» по-русски уже классическую Steven Элиса Купера («Киллер»), почти классическую Yellow от Coldplay («Небо») или саундтрек Ганса Циммера Hoist The Colors («Веселый мертвец») из «Пиратов Карибского моря», создавала полную иллюзию того, что все это было сочинено именно для него. Размах и помпезность повествования действительно добирались до крупных форм заправской рок-оперы, а сумасшедшие гитарные кульбиты Федора Досумова и особенно виртуозные клавишные партии Константина Бекрева выуживали из памяти подзабытый терпко-сладкий привкус первозданного рока времен Yes, Procol Harum или Uriah Heep.


Фото: пресс-служба артиста

В разудалом ключе озверевшего хард-рока воспроизвелись культовые «Стаканы на стол» Бориса Гребенщикова, и что-то подсказывает, что меланхоличный рок-гуру словил бы (или уже словил, если слышал) дикий кайф от такой трактовки. Мастер, в общем, дал волю чувствам и профессиональному честолюбию, безупречно доказав самому себе, что «папа может», поскольку в этом музыкальном пиршестве и его голос приобретал качества еще одного музыкального инструмента.

Зато «Терминатор» авторства Сергея Шнурова прозвучал вполне эстрадно, но в новом альбоме это один из безусловных лидеров в ранге хита. А уж забористый припевчик, которым Шнур научил Лепса заводить публику: «А сердце ёк-ёк-ёк, я твой …уёк-ёк-ёк» стал рефреном всей гулянки, пипл с восторгом и во всю глотку подпевал под дирижирования маэстро. Авторство самого артиста в рок-балладном боевике «Самолеты, поезда…» выглядело не менее убедительным, чем его пение, и вполне уже очевидно, что ожерелье новинок войдет со временем в золотой фонд артиста: «Разбитая любовь», «Снега», «Аминь», «Что ж ты натворила» и др.

Авторский диапазон, которым пользуется г-н Лепс для самовыражения, тоже подвержен широкой «амплитуде колебаний»: от тех же «приснопамятных» Купера, Гребенщикова или Шнурова до Аркадия Укупника («Аминь»), Виктора Дробыша («Я тебя не люблю») и даже музыкально-поэтических виршей Натальи Лапиной («Давай убежим», «Взрослые игры»), автора, певицы и киноактрисы, гремевшей здесь в 90-е годы (знаменитый хит «Гимназистки-проститутки»), а ныне салонной селебрити, живущей в Лос-Анджелесе и появляющейся иногда в России на избранных мероприятиях в основном «шансонного» толка. При этом столь разношерстный косяк авторов в инкарнации одного исполнителя каким-то непостижимым образом превращается во вполне себе стройный рядок музыкально-идеологических единомышленников.

Как показала московская премьера, мэтра из новых забав больше всего сейчас вдохновляет, однако, даже не рок, а рэп. Заглавная композиция новой программы и альбома #ТыЧегоТакойСерьезный вполне в русле этого тренда. Уже достаточно известный «чтец» Артем Лоик стал, по сути, вице-Лепсом на концертах, периодически появляясь с маэстро в разных номерах. При этом Григорий сам не без удовольствия и вполне убедительно переходил на речитативы-скороговорки, удивляя не только зрителей, но наверняка и все того же Бориса Гребенщикова, чей «Брат Никотин» превратился уже в гремучую смесь рэпа и тяжелого рока.

В «программной» песне патетический припев «Сила в том, что мы с тобой едины и нас не победить» разбавлялся куплетами про «санкции, нет пармезана», «воротит нос Европа», а «ЖКХ в порядке, газуем на зарплату», «слухи про кризис бросьте!» и прочие дурацкие клише (особенно про кризис и зарплату) расхожей ныне ура-патриотической дребедени. Возможно, Лепсу когда-нибудь придется сожалеть об этой агитке, поскольку на Руси ведь обычно как бывает — с приходом нового правителя то, что было до него, оказывается вдруг ужас-ужас, кошмар-кошмар…

Артиста, впрочем, в чем-то можно и понять — «он невыездной» (по тексту опуса). Точнее — выездной, но не въездной кое-куда, в том числе в США. Но здесь тоже палка о двух концах, что признал даже сам Григорий Викторович, иронично посвятив другую песню «Мафия не умирает» «своему другу Обаме» и американскому минфину — за популярность, которую принесли ему черные списки, в которые певец попал по подозрениям «за связи с мафией». Его обида вполне мотивирована, поскольку, наверное, нет ни одного более-менее раскрученного в России артиста, который хотя бы разок-другой не выступал на блатном заказнике у подозрительных персонажей, а стало быть, рыльце «за связи»-то у всех в пушку, а отдуваются перед американским минфином только Лепс да еще Кобзон…

Лучшее в «МК» — в короткой вечерней рассылке: подпишитесь на наш канал в Telegram


Читайте также:

Возглавившая список самых высокооплачиваемых музыкантов Нетребко попросила Forbes перестать врать
В Московском музее современного искусства зрителю предлагают побыть богом
Страсти в «Геликон-опере»: брат пошел на брата
Безруков поставил новому сезону «пятерку»
Алексей Пиманов объяснил, почему премьера «Крыма» проходила в Кремле
В Нормандии увидят Байкал и актера Евгения Сидихина
Гордон снимает новый фильм с Борисом Березовским
Актер Рихард Заммель отказывается от ролей нацистов: «Сколько можно?!»

Комментарии закрыты.