На 74-м Венецианском кинофестивале ажиотаж вызвала конкурсная документальная картина «Человеческий поток» опального китайского художника Вэй Вэя. С недавних пор он обосновался в Берлине, откуда и задает всем вопросы: «Европа мертва? Сколько еще жить Европе?» Русское присутствие в англоязычном варианте неожиданно проявилось в лице Алены Лодкиной из Мельбурна.


кадр из фильма «Незнакомые цвета»

Китайский художник Ай Вэйвэй, еще недавно гонимый и опальный у себя на родине, где у него отобрали паспорт и посадили под домашний арест, обвиняли в экономических преступлениях и двоеженстве, ныне уже житель Берлина. Он снял неигровую картину «Человеческий поток» о нашествии мигрантов. Поехал на греческий остров Лесбос, совершил едва ли не кругосветное путешествие, чтобы рассказать о вселенской миграции. Ежедневно тысячи беженцев из Сирии, Палестины, Сомали прибывают к берегам Европы, Турции и других стран в оранжевых спасательных жилетах. Они выстраиваются вдоль границ Македонии и Словении, перебираются из Мексики в США. Их лагеря покрыли сетью весь мир. Они покидают свои времянки, оставляя после себя груды мусора. В дни Берлинского кинофестиваля 2016 года в центре города можно было наблюдать поразительное зрелище — колонны концертного зала обвязали оранжевыми спасательными жилетами: их также вполне художественно свалили в кучу на площади. Автором фантастической инсталляции был Вэй Вэй. Теперь нечто подобное мы увидели в его документальном высокохудожественном фильме.

Но он не первый. И до него снимались куда более сильные картины о мигрантах. В прошлом году лучшим документальным фильмом по решению Европейской киноакадемии стал итало-французский документальный фильм «Огонь в море» Джанфранко Рози о наплыве беженцев на средиземноморский остров Лампедуза. Это мощная работа, а Рози профессионал высшей пробы. Его картина также получила «Золотого медведя» Берлинале. Рози провел на Лампедузе несколько месяцев и показал потоки людей из Чада, Ливии, Нигерии, Эфиопии, Сирии. Вэй Вэй в первую очередь художник, не режиссер. Он выстраивает кадр как картину, хоть в раму обрамляй. Невероятной красоты пейзажи сняты им в Кении во время песчаной бури. Аквамариновая прозрачность воды, по которой плывут лодки с беженцами, производит неизгладимое впечатление. Многое поверхностно, поток цифр о мигрантах, которые можно получить из выпусков новостей. И все же Вэй Вэй сумел передать страшную картину мира, стоящего на пороге гибели. Сумрачные кладбища безымянных людей под номерами. Младенец в прозрачной камере с повязкой на глазах. Есть ли они у него, у этой крохотной жертвы сирийского конфликта? Будет ли он жить? Если посмотреть палатки беженцев с высоты птичьего полета, то люди выглядят как рассеянная крупа. Мелкие частицы в безбрежном мире.


кадр из фильма»Человеческий поток»

В фильме прозвучат слова о смерти Европы. Кто ее погубит — такие же мигранты, как сам Вэй Вэй? Но он другой, из политических, а эти — голодные, искалеченные войной. В Ливане около 2 млн беженцев из Сирии и Палестины. Не меньше в других странах. Мигранты в массе своей молодые и сильные мужчины. Детей тоже много, но они находят радость во всем, в любой луже или покосившемся жилище.

Группа у Вэй Вэя — европейская. Сам он ходит с небольшим фотоаппаратом и мобильным телефоном. На них и снимает. Он постоянно в кадре: стрижет мексиканца, жарит шашлык, предлагает свой китайский паспорт мигранту. Его картина разозлила многих европейцев, уставших от нашествия варваров. Мигрантов готовы любить только в кино, но не в частной жизни. Подступы к фестивальной территории перекрыты тумбами, чтобы не могли заехать террористы. Полицейские и карабинеры стоят с оружием наперевес.

В ливанской конкурсной картине «Обида», которую многие ошибочно переводят как «Инсульт», речь тоже об иностранных рабочих-нелегалах, живущих в Бейруте. Между палестинцем и ливанцем-христианином вспыхнул конфликт, казалось бы, на бытовой почве. Один облил другого водой с балкона, и понеслось. Все оказалось сложнее, чем можно было предположить. У каждого из героев всплывают страшные картины прошлого. Простых судеб тут нет. Бейрут напоминает бурлящий котел, в котором варятся все ближневосточные проблемы. В любой момент эта гремучая смесь может рвануть.

Нашлось все-таки еще одно русское имя помимо Элема Климова в одной из программ. В секции «Биеннале колледж» представлена австралийская игровая картина «Незнакомые цвета» Алены Лодкиной. Родилась она в России, а живет в Мельбурне, снимает документальное и игровое кино. Свой новый фильм Алена сняла в австралийской глубинке с ее иссушенным скудным пейзажем, где живут немолодые и колоритные мужчины. К одному из них, попавшему в больницу в результате несчастного случая, приезжает из города студентка-дочь, будущий психолог. Ничего особенного не происходит, и в то же время так интересно наблюдать за течением жизни как таковым. Видно, что картина снята минимальными средствами, но кинематографическое видение мира (а это самое ценное качество в кино) у молодого режиссера, несомненно, есть. Среди гостей на премьере было немало русских женщин, зал наполнила русская речь. Кто-то был разочарован, что герои говорили исключительно по-английски.


Читайте также:

Нация в творческом наследии Питирима Сорокина
Кончита Вурст бросила вызов Путину
Работу Пикассо украли с выставки в Майами
Владимир Зельдин раскрыл секрет долголетия
Google отметил 44-летие со дня зарождения хип-хопа и брейк-данса
"Маразм крепчает": взбешённая царской шуткой Поклонская написала заявление на Панина
На форуме в Петербурге Тихон Шевкунов заочно ответил «историку» Собчак
"Я - Айвазовский, родом из Крыма": прошла премьера фильма о художнике

Комментарии закрыты.